September 10th, 2015

Дарья Асламова c'est moi

Оригинал взят у dolboeb в Дарья Асламова c'est moi
Очень своевременно появился (и был перепечатан в ЖЖ Рустема) замечательный текст профессора Зубова о христианском отношении Европы к беженцам из Сирии. Будь автор журналистом и репортёром, я мог бы очень подробно разобрать весь набор использованных в этом тексте пропагандистских клише, штампов, речевых оборотов и фигур умолчания, работающих на то, чтобы исказить реальное положение дел с теми самыми беженцами, создав у читателя картину, полностью вырванную из социально-политического и исторического контекста. В смысле зашкаливающей тенденциозности текст Зубова — зеркальное отражение репортажа Дарьи Асламовой из КП на ровно ту же самую тему. Только у Асламовой все беженцы — заклятые враги европейской цивилизации, тайные боевики ИГИЛ или просто алчные паразиты, мечтающие разграбить континент (репортаж так и озаглавлен: «Европу захлестнули полчища алчных мигрантов»). А у Зубова все беженцы — сплошь Бунины, Ходасевичи и матери Марии. Художественный приём в обоих случаях используется один и тот же: вместо того, чтобы рассказать читателю правдивые сведения о большом историческом явлении, по которому за последние полвека накоплен внушительный фактический материал, оба автора делятся личными зарисовками из жизни, пересказывают разговоры со случайными людьми, которые чудесным образом на 100% соответствуют исходным стереотипам автора. В случае Асламовой этот стереотип — чёрная ксенофобия, поэтому все её собеседники, как на подбор, доказывают свою враждебность Европе, агрессивность, звериную дикость, алчность, неуважение к женщинам в целом и к собеседнице в частности. Стереотип Зубова — безграничная христианская любовь к ближнему, в котором профессор видит образ Спасителя, и все его собеседники-беженцы звучат соответственно, стараясь вписаться в Образ. В обоих случаях из пары-тройки бесед со случайными людьми делается тот самый обобщённый вывод (о дьявольской или ангельской сущности вновь прибывших), который искушённый читатель мог бы сам сформулировать за автора, примерно с первых строк повествования, а в случае Асламовой — прямо с заголовка.
Сирийские беженцы на севере Ирака отнимают продукты у курдских беженцев. Фото Линдси Аддарио для New York Times
Collapse )