Сергей Плотов – «Баба Катя молча глядит из окна в весну...»
Баба Катя молча глядит из окна в весну.
День проползёт и она отойдёт ко сну.
Детство у бабы Кати пришлось на войну.
Старость у бабы Кати пришлась на войну.
Между этими войнами и уложилась жизнь,
В которой есть место подвигам и слезам.
Баба Катя привыкла верить газетной лжи
И телевизору. И не верить своим глазам.
Баба Катя умеет жалеть, не умеет красть.
На балконе есть огурцы. В холодильнике суп.
Бабу Катю пугает любой, кто имеет власть -
Участковый, злая кассирша, сантехник Юсуп…
Баба Катя трудилась, не покладая рук.
Гордилась страной. Была хорошей женой.
На стенке фото. На фото сынок и внук.
И снова война. И нету судьбы иной.
А это наша "баба-Катя" - тётя Вера - в сорок шестом.

Во многом она похожа на бабу Катю, вот разве только - газетам да телеку никогда не верила.
И до этой войны не дожила, похоронили мы её в двенадцатом.
Оно может и лучше...
День проползёт и она отойдёт ко сну.
Детство у бабы Кати пришлось на войну.
Старость у бабы Кати пришлась на войну.
Между этими войнами и уложилась жизнь,
В которой есть место подвигам и слезам.
Баба Катя привыкла верить газетной лжи
И телевизору. И не верить своим глазам.
Баба Катя умеет жалеть, не умеет красть.
На балконе есть огурцы. В холодильнике суп.
Бабу Катю пугает любой, кто имеет власть -
Участковый, злая кассирша, сантехник Юсуп…
Баба Катя трудилась, не покладая рук.
Гордилась страной. Была хорошей женой.
На стенке фото. На фото сынок и внук.
И снова война. И нету судьбы иной.
А это наша "баба-Катя" - тётя Вера - в сорок шестом.

Во многом она похожа на бабу Катю, вот разве только - газетам да телеку никогда не верила.
И до этой войны не дожила, похоронили мы её в двенадцатом.
Оно может и лучше...