Один стишок от одной Маши
(которая
monomasha)
КВАЗИМОДО
Шустро ласточки летали
В небе голубом,
Родила доярка Галя
Мальчика с горбом.
Нет ребенка в мире гаже,
Думали врачи.
Был он глух и нем, и даже
Ножку волочил.
Глаз один не открывался,
А второй моргал.
Он по улицам болтался
И собак пугал
Жил в избушке на опушке
Леса как Гюго,
Навещали лишь лягушки
Одинокого
Нечисть всякая бежала
Прочь от малыша
Но внутри него лежала
Нежная душа
Двадцать лет сих пор промчалось
Вдруг, как сон легка,
В дверь избушки постучалась
Дочка лесника.
И коленками сверкая,
Грубо говоря,
Из себя была такая
Вся такая фря.
Примирись урод с судьбою,
Не беги в альков,
Привела она с собою
Трёх любовников.
Смерть возьми меня скорее –
Возопил урод –
Лучше жил бы я евреем,
А не этим вот!
Так он плакал и качался
Головой поник,
Вдруг в избушку постучался
Детский сказочник.
Быстро пасы совершил он
Палочкой бац-бац,
И из жуткого страшилы
Вылупился Кац,
С раскудрявой головою,
Полною ума,
С торсом крепким как секвоя,
И собой весьма.
И лежит с той самой ночки
В брюках паренька
Сердце лесниковой дочки
И ее рука...
Не суди, читатель – рада
Я фигню творить.
Просто пить мне меньше надо,
Надо меньше пить.
КВАЗИМОДО
Шустро ласточки летали
В небе голубом,
Родила доярка Галя
Мальчика с горбом.
Нет ребенка в мире гаже,
Думали врачи.
Был он глух и нем, и даже
Ножку волочил.
Глаз один не открывался,
А второй моргал.
Он по улицам болтался
И собак пугал
Жил в избушке на опушке
Леса как Гюго,
Навещали лишь лягушки
Одинокого
Нечисть всякая бежала
Прочь от малыша
Но внутри него лежала
Нежная душа
Двадцать лет сих пор промчалось
Вдруг, как сон легка,
В дверь избушки постучалась
Дочка лесника.
И коленками сверкая,
Грубо говоря,
Из себя была такая
Вся такая фря.
Примирись урод с судьбою,
Не беги в альков,
Привела она с собою
Трёх любовников.
Смерть возьми меня скорее –
Возопил урод –
Лучше жил бы я евреем,
А не этим вот!
Так он плакал и качался
Головой поник,
Вдруг в избушку постучался
Детский сказочник.
Быстро пасы совершил он
Палочкой бац-бац,
И из жуткого страшилы
Вылупился Кац,
С раскудрявой головою,
Полною ума,
С торсом крепким как секвоя,
И собой весьма.
И лежит с той самой ночки
В брюках паренька
Сердце лесниковой дочки
И ее рука...
Не суди, читатель – рада
Я фигню творить.
Просто пить мне меньше надо,
Надо меньше пить.