Частенько литераторы завершают произведение и ставят точку - несколько раньше, чем хотелось бы нам, читателям. Понятное дело, это не относится в Чернышевскому и Голсуорси, но я не о них. Я о поэтах. Их талантам - краткость всегда сестра. Почти. Поэтому часто нам, читателям, хочется заглянуть дальше, за последнюю строчку. И вот пример - что из этого может получиться... СПБ -- МСК (расширенная версия) Проводники, у них фуражки, У них приличные манеры, У них билетные кармашки, Флажки и кондиционеры. У них в шкафу дрожат стаканы, Дрожат постельные простынки, Дрожат лежальные диваны С железным номером на спинке, Дрожат составы подвижные И паровозы пристяжные, Дрожат вагонные галеты И электронные билеты. Проводники, они такие: Они гуляют по России В гремучем поезде колёсном, Суставчатом и многоосном. Проводники. Их путь недолог: От Питера и до столицы, И пассажиров с верхних полок Они скликают, как орлицы. Да, стихотворение несколько созерцательное, даже, можно сказать, с оттенком дзен. Поэтому неудивительно, что некоторым захотелось добавить действие. И намек на сюжет. Вот что получилось: osipof : И машинист, придя в сознанье, Глядит в окошко величаво. Его похмельное дрожанье Передалось всему составу. arenstein : И пассажирка Петрякова, хотя и росту никакого, заслышав этот властный трепет, дрожит в ответ и косу треплет. strochkov : Но тут приходят контролёры, таможня и погранохрана, чтоб, обшмонавши до упора, изъять у Петряковой прану. Потом приходят Миша с Вовой и их Едрёная Россия, и обдирают Петрякову, оставив лишь костяк красивый. Гремят подвижные суставы и челюсть клацает скелета на стыках рельс, и величаво Наш Паровоз съезжает в Лету... arenstein : Ну кто ж еще нам скажет, Вова, что правда жизни столь сурова?!